ФПА РФ встала на защиту Инны Барлевой. Комиссия Совета ФПА по защите прав адвокатов, которую возглавляет Генри Резник, вынесла жесткое заключение: отвод адвоката от дела её доверителя — незаконен и необоснован.
Суть конфликта проста, но последствия могут быть серьезными. Четвертый апелляционный суд общей юрисдикции (Четвертый АСОЮ) 10 февраля 2026 года удовлетворил ходатайство прокурора и отстранил Барлеву от защиты осужденного З. Формальный повод — «конфликт интересов». Прокурор аргументировал это тем, что Барлева сама стала фигуранткой уголовного дела, связанного с тем же самым процессом. Суд согласился, сославшись на ст. 72 УПК в связке со ст. 61 (отвод судей/следователей) и Кодекс профессиональной этики адвоката. Мол, адвокат может действовать в своих интересах, а не в интересах подзащитного.
Но давайте разберем факты. З. был оправдан Верховным Судом РТ присяжными 3 сентября 2024 года по делу об убийстве двух человек. Защита Барлевой строилась на противоречиях в показаниях свидетелей И.С. и А.С. Приговор отменили 19 ноября 2024 года, дело вернули на новое рассмотрение. А 6 мая 2025 года присяжные частично оправдали З., но по второму эпизоду дали 19 лет колонии строгого режима. Барлева подала апелляцию.
Параллельно следователь СУ СКР по РТ 22 августа 2024 года возбудил дела по ст. 137 УК РФ (нарушение неприкосновенности частной жизни) по заявлениям тех самых свидетелей. Позже, 26 марта 2025 года, к этому добавили ст. 294 УК РФ (воспрепятствование правосудию). 29 августа Барлеву и журналиста Искандера Сиразиева привлекли в качестве обвиняемых. По версии следствия, они в сговоре пытались повлиять на присяжных, опубликовав в интернете видео с данными о здоровье И.С. и службе А.С. (врачебная тайна и служебная информация). Барлева, по версии обвинения, передала эти данные Сиразиеву, зная, что они не должны доходить до присяжных.
Комиссия ФПА РФ разнесла логику апелляционного суда в пух и прах. Генри Резник и коллеги указали на несколько критических ошибок: 1. Ст. 61 УПК про отвод судей и следователей к отношениям «адвокат — доверитель» не применима ни прямо, ни по аналогии. Расширительное толкование здесь недопустимо. 2. Конфликта интересов нет. Интересы Барлевой (доказать законность своей защиты) и З. (быть оправданным) полностью совпадают. «Собственная выгода» адвоката в провале защиты подзащитного — это абсурд, который не выдерживает проверки логикой. 3. З. сам настаивает на защите именно Барлевой. Он отказался от других адвокатов (включая Владимира Дворяка и Владислава Лапинского, которых прокурор тоже пытался отвести, так как они защищают саму Барлеву). Доверие между ними не утрачено. 4. Термин «свидетель обвинения» в УПК отсутствует. З. допрашивали по делу Барлевой еще в октябре 2024 года, когда дело против нее даже не было возбуждено (это случилось в марте 2025-го). Он не уличал адвоката в чем-либо.
Комиссия назвала действия суда «грубым нарушением профессиональных прав» и «опасным прецедентом». По сути, суд подменяет волю доверителя своим усмотрением. Как отмечает защитник Барлевой Владислав Лапинский, сейчас складывается парадокс: апелляционная жалоба Барлевой рассматривается, но она сама не может её поддержать в зале суда.
Барлева подчеркивает, что уголовное преследование против нее — это давление за профессиональную деятельность. Она выявила фундаментальное нарушение в составе суда первой инстанции: старшиной коллегии присяжных был избран человек (Б.), который на момент формирования коллегии уже был исключен из списков кандидатов. Это основание для отмены приговора, которое Барлева и пыталась использовать.
Теперь дело в руках вышестоящей инстанции. Барлева надеется, что Четвертый АСОЮ или суд кассации прислушается к заключению Комиссии ФПА РФ и восстановит право З. на защиту выбранным им адвокатом. Пока же Барлева продолжает консультировать доверителя по обжалованию приговора, несмотря на формальный отвод.
Ситуация напряженная. Если суды будут массово отводить адвокатов под предлогом «конфликта интересов» при наличии уголовных дел против них самих, независимость защиты превратится в фикцию. Прокурорам достаточно будет возбудить любое дело против «неудобного» адвоката, чтобы автоматически убрать его из процесса. Комиссия ФПА РФ это видит и бьет тревогу.
ФПА РФ встала на защиту Инны Барлевой. Комиссия Совета ФПА по защите прав адвокатов, которую возглавляет Генри Резник, вынесла жесткое заключение: отвод адвоката от дела её доверителя — незаконен и необоснован.
Суть конфликта проста, но последствия могут быть серьезными. Четвертый апелляционный суд общей юрисдикции (Четвертый АСОЮ) 10 февраля 2026 года удовлетворил ходатайство прокурора и отстранил Барлеву от защиты осужденного З. Формальный повод — «конфликт интересов». Прокурор аргументировал это тем, что Барлева сама стала фигуранткой уголовного дела, связанного с тем же самым процессом. Суд согласился, сославшись на ст. 72 УПК в связке со ст. 61 (отвод судей/следователей) и Кодекс профессиональной этики адвоката. Мол, адвокат может действовать в своих интересах, а не в интересах подзащитного.
Но давайте разберем факты. З. был оправдан Верховным Судом РТ присяжными 3 сентября 2024 года по делу об убийстве двух человек. Защита Барлевой строилась на противоречиях в показаниях свидетелей И.С. и А.С. Приговор отменили 19 ноября 2024 года, дело вернули на новое рассмотрение. А 6 мая 2025 года присяжные частично оправдали З., но по второму эпизоду дали 19 лет колонии строгого режима. Барлева подала апелляцию.
Параллельно следователь СУ СКР по РТ 22 августа 2024 года возбудил дела по ст. 137 УК РФ (нарушение неприкосновенности частной жизни) по заявлениям тех самых свидетелей. Позже, 26 марта 2025 года, к этому добавили ст. 294 УК РФ (воспрепятствование правосудию). 29 августа Барлеву и журналиста Искандера Сиразиева привлекли в качестве обвиняемых. По версии следствия, они в сговоре пытались повлиять на присяжных, опубликовав в интернете видео с данными о здоровье И.С. и службе А.С. (врачебная тайна и служебная информация). Барлева, по версии обвинения, передала эти данные Сиразиеву, зная, что они не должны доходить до присяжных.
Комиссия ФПА РФ разнесла логику апелляционного суда в пух и прах. Генри Резник и коллеги указали на несколько критических ошибок: 1. Ст. 61 УПК про отвод судей и следователей к отношениям «адвокат — доверитель» не применима ни прямо, ни по аналогии. Расширительное толкование здесь недопустимо. 2. Конфликта интересов нет. Интересы Барлевой (доказать законность своей защиты) и З. (быть оправданным) полностью совпадают. «Собственная выгода» адвоката в провале защиты подзащитного — это абсурд, который не выдерживает проверки логикой. 3. З. сам настаивает на защите именно Барлевой. Он отказался от других адвокатов (включая Владимира Дворяка и Владислава Лапинского, которых прокурор тоже пытался отвести, так как они защищают саму Барлеву). Доверие между ними не утрачено. 4. Термин «свидетель обвинения» в УПК отсутствует. З. допрашивали по делу Барлевой еще в октябре 2024 года, когда дело против нее даже не было возбуждено (это случилось в марте 2025-го). Он не уличал адвоката в чем-либо.
Комиссия назвала действия суда «грубым нарушением профессиональных прав» и «опасным прецедентом». По сути, суд подменяет волю доверителя своим усмотрением. Как отмечает защитник Барлевой Владислав Лапинский, сейчас складывается парадокс: апелляционная жалоба Барлевой рассматривается, но она сама не может её поддержать в зале суда.
Барлева подчеркивает, что уголовное преследование против нее — это давление за профессиональную деятельность. Она выявила фундаментальное нарушение в составе суда первой инстанции: старшиной коллегии присяжных был избран человек (Б.), который на момент формирования коллегии уже был исключен из списков кандидатов. Это основание для отмены приговора, которое Барлева и пыталась использовать.
Теперь дело в руках вышестоящей инстанции. Барлева надеется, что Четвертый АСОЮ или суд кассации прислушается к заключению Комиссии ФПА РФ и восстановит право З. на защиту выбранным им адвокатом. Пока же Барлева продолжает консультировать доверителя по обжалованию приговора, несмотря на формальный отвод.
Ситуация напряженная. Если суды будут массово отводить адвокатов под предлогом «конфликта интересов» при наличии уголовных дел против них самих, независимость защиты превратится в фикцию. Прокурорам достаточно будет возбудить любое дело против «неудобного» адвоката, чтобы автоматически убрать его из процесса. Комиссия ФПА РФ это видит и бьет тревогу.