Конституционный Суд наконец-то взял в работу дело, которое выглядит как юридическая ловушка. Суть проста и безотрадна: дочь, пострадавшая от отца-насильника, не может разорвать с ним юридические связи, потому что к моменту, когда приговор вступил в силу, ей уже исполнилось 18.
Звучит абсурдно? Суды так и решили. А. (имя изменено) подвергалась насилию в несовершеннолетнем возрасте. Отец осужден, приговор вступил в силу 1 августа 2023 года. Но А. к этому моменту было 19 лет. В ноябре 2023-го она вместе с матерью подала иск о лишении родительских прав. В отношении младших детей суд всё разрешил (14 марта 2024 года отец был лишен прав в их пользу), а вот иск в отношении самой А. отклонили. Аргумент: она совершеннолетняя. Апелляция и кассация решение не изменили. Верховный Суд в декабре 2024 года тоже отказал в рассмотрении жалобы.
Получился замкнутый круг, на который указывает адвокат Мари Давтян (руководитель Центра защиты пострадавших от домашнего насилия). Иск не примут, пока нет вступившего в силу приговора. А когда приговор есть, иск отклонят, потому что жертва выросла.
Почему это важно? Не только из-за морального аспекта. Юридическая связь сохраняется. Это значит: — Отец сохраняет преимущественное право быть опекуном совершеннолетней дочери (ст. 10 ГК). — Дочь обязана его содержать (ст. 87 СК). — Он не становится «недостойным наследником» (абз. 2 ч. 1 ст. 1117 ГК). — Если у А. родятся дети, отец сможет требовать общения с внуками и даже содержания от них. — Он может быть наследником второй очереди. — Сохраняется право требовать признания дочери недееспособной. — В медицине он останется родственником, имеющим доступ к информации о здоровье и правам на принятие решений в реанимации.
В жалобе в КС ссылаются на ряд постановлений (включая № 7-П от 2003 года, № 36-П от 2023 года и № 4-П от 2024 года), подчеркивая, что государство обязано защищать потерпевших от насилия и обеспечивать им доступ к правосудию. Сохранение связи с насильником унизительно и нарушает право на частную жизнь.
А. просит признать неконституционными пункты 1 ст. 54, пункт 2 ст. 61 и статью 69 Семейного кодекса в той части, где они не позволяют разорвать связь с родителем-преступником, если к моменту суда жертва уже совершеннолетняя. Также просят пересмотреть её дело.
Давтян отмечает, что такие случаи — не редкость. Уголовные процессы затягиваются годами (в данном деле с 2021 по 2023 год), а жертвы, особенно девочки, часто не могут инициировать расследование раньше из-за страха и контроля со стороны отца. Перекладывать ответственность за длительность следствия на пострадавших нельзя.
Источник: advgazeta.ru.