16 января Минюст отменил запрет на выезд адвоката Николая Максимова. Тот самый, который висел на нем с лета 2025-го по ноябрь 2029-го. Причина была формальная: «осведомленность в гостайне». Но по факту — бюрократический косяк, который разгребали почти полгода.
Суть в чем. Максимов защищал гражданина С. по назначению. Дело громкое: ст. 275 (госизмена) и ч. 1.1 ст. 205.1 (терроризм). Апелляционный военный суд. Адвокат ознакомился с материалами, получил гриф секретности — и тут же получил уведомление от замдиректора Департамента Минюста (подпись от 7 июля 2025 г., решение от 24 июня). Выезд запрещен до 2029 года.
Максимов не согласился. По его логике (и по логике закона), гостайна в таких делах часто уже разглашена к моменту суда. Если тайна раскрыта — ее нет. А значит, и ограничивать выезд не за что. Он подал жалобу в Межведомственную комиссию (создана совместным приказом МИД, МВД, Минобороны, ФСБ и СВР), ссылаясь на ст. 15, 17 Закона о порядке выезда, ст. 24 Закона о гостайне и, что важно, Постановление КС РФ от 7 июня 2012 г. № 14-П. Там четко сказано: нельзя ограничивать выезд только на основании формального наличия допуска. Нужно смотреть на суть информации и ее актуальность.
В игру вступила ФПА РФ. Генри Резник, председатель комиссии по защите прав адвокатов, 25 августа 2025 г. написал Сергею Вершинину (замминистра иностранных дел, глава Межведомственной комиссии). Резник аргументировал просто: адвокат дает подписку о неразглашении, копии документов хранятся в деле, утечка через выезд за границу — маловероятна. Зато реальный ущерб — обвиняемые теряют право на выбор защитника. Опытные адвокаты начинают отказываться от таких дел, чтобы не сидеть в стране до 2029 года. Остается только назначенная защита. Это дисбаланс.
Комиссия запросила у Минюста материалы. И вот тут — развязка. На заседании 24 декабря 2025 г. выяснилось: у Минюста не было экспертного заключения ФСБ. Без оценки ФСБ о степени секретности и актуальности сведений решение о запрете выезда — незаконно. По ч. 2 ст. 17 Закона о порядке выезда, такое заключение обязательно.
Итог: 19 января Максимов получил уведомление. Запрет отменен. ФСБ и УФСБ по Москве и области уведомлены.
Максимов благодарит ФПА и АП Московской области, но делает важное замечание: система работает «механически». Минюст ограничивает права на основании уведомления суда, не вникая в суть. Нужно менять нормативку: запрет на выезд для адвокатов должен вводиться только при наличии предварительного заключения ФСБ.
Резник добавляет: Межведомственная комиссия уже не впервые отменяет такие необоснованные решения. Уголовная защита сама по себе не должна быть поводом для запрета на выезд. Исключения возможны, но они должны быть крайне редкими и подтвержденными тщательной экспертизой, а не штампом на бумаге.
Источник: advgazeta.ru.
16 января Минюст отменил запрет на выезд адвоката Николая Максимова. Тот самый, который висел на нем с лета 2025-го по ноябрь 2029-го. Причина была формальная: «осведомленность в гостайне». Но по факту — бюрократический косяк, который разгребали почти полгода.
Суть в чем. Максимов защищал гражданина С. по назначению. Дело громкое: ст. 275 (госизмена) и ч. 1.1 ст. 205.1 (терроризм). Апелляционный военный суд. Адвокат ознакомился с материалами, получил гриф секретности — и тут же получил уведомление от замдиректора Департамента Минюста (подпись от 7 июля 2025 г., решение от 24 июня). Выезд запрещен до 2029 года.
Максимов не согласился. По его логике (и по логике закона), гостайна в таких делах часто уже разглашена к моменту суда. Если тайна раскрыта — ее нет. А значит, и ограничивать выезд не за что. Он подал жалобу в Межведомственную комиссию (создана совместным приказом МИД, МВД, Минобороны, ФСБ и СВР), ссылаясь на ст. 15, 17 Закона о порядке выезда, ст. 24 Закона о гостайне и, что важно, Постановление КС РФ от 7 июня 2012 г. № 14-П. Там четко сказано: нельзя ограничивать выезд только на основании формального наличия допуска. Нужно смотреть на суть информации и ее актуальность.
В игру вступила ФПА РФ. Генри Резник, председатель комиссии по защите прав адвокатов, 25 августа 2025 г. написал Сергею Вершинину (замминистра иностранных дел, глава Межведомственной комиссии). Резник аргументировал просто: адвокат дает подписку о неразглашении, копии документов хранятся в деле, утечка через выезд за границу — маловероятна. Зато реальный ущерб — обвиняемые теряют право на выбор защитника. Опытные адвокаты начинают отказываться от таких дел, чтобы не сидеть в стране до 2029 года. Остается только назначенная защита. Это дисбаланс.
Комиссия запросила у Минюста материалы. И вот тут — развязка. На заседании 24 декабря 2025 г. выяснилось: у Минюста не было экспертного заключения ФСБ. Без оценки ФСБ о степени секретности и актуальности сведений решение о запрете выезда — незаконно. По ч. 2 ст. 17 Закона о порядке выезда, такое заключение обязательно.
Итог: 19 января Максимов получил уведомление. Запрет отменен. ФСБ и УФСБ по Москве и области уведомлены.
Максимов благодарит ФПА и АП Московской области, но делает важное замечание: система работает «механически». Минюст ограничивает права на основании уведомления суда, не вникая в суть. Нужно менять нормативку: запрет на выезд для адвокатов должен вводиться только при наличии предварительного заключения ФСБ.
Резник добавляет: Межведомственная комиссия уже не впервые отменяет такие необоснованные решения. Уголовная защита сама по себе не должна быть поводом для запрета на выезд. Исключения возможны, но они должны быть крайне редкими и подтвержденными тщательной экспертизой, а не штампом на бумаге.
Источник: advgazeta.ru.