17 апреля Правительство кинуло в Госдуму законопроект № 1209607-8. Суть простая, но жесткая: в УК РФ хотят добавить новую статью 171.7. Теперь за незаконную организацию обращения цифровой валюты — то есть если ты посредник, меняешь крипту, хранишь её или переводишь без лицензии ЦБ — можно сесть.
Цифры пугающие. Базовая часть статьи грозит штрафом от 100 до 300 тысяч рублей (или доход за год-два), либо принудительными работами до 4 лет, либо реальным сроком до 4 лет со штрафом до 80 тысяч. Если же это сделает организованная группа или ущерб/доход будут «особо крупными» (от 13,5 млн руб., крупный — от 3,5 млн), срок вырастает до 7 лет лишения свободы. Штраф тут уже до миллиона.
Но есть огромный косяк, на который сразу указал Верховный Суд. Статья 171.7 — бланкетная. То есть она ссылается на правила, которых пока нет. Базовый закон о цифровой валюте и цифровых правах (проект № 1194918-8) даже первое чтение в Думе не прошел. Получается, уголовная ответственность будет введена раньше, чем сами правила игры. ВС законопроект не поддержал, назвав его преждевременным. Также судьи заметили, что в тексте нет положений об освобождении от ответственности при возмещении ущерба (ст. 76.1 УК), что странно для экономических преступлений.
Адвокаты тоже не в восторге. Алексей Нянькин из КА «Нянькин и партнеры» считает, что это попытка криминализировать то, что еще не регулируется. Зачем вводить специальную норму, если есть общая статья 171 УК (незаконное предпринимательство), где максимум 5 лет? Нянькин подчеркивает: в действующем законе о цифровых финансовых активах механизмы оборота вообще не раскрыты.
Артем Багдасарян из КА «Диктатура Закона» видит в этом логику ужесточения контроля, но предупреждает о рисках. Границы ответственности будут размытыми, так как зависят от подзаконных актов. Для бизнеса это минное поле: добросовестные участники могут попасть под уголовку из-за неочевидных требований. Багдасарян предлагает четко разделить уголовные и административные нарушения, конкретизировать, что именно считается «организацией обращения», и синхронизировать вступление уголовных норм в силу (планируется с 1 июля 2027 года) с реальным появлением регуляторной среды. Иначе правоприменение начнется раньше, чем рынок поймет, как действовать законно.
Следствие по этим делам, если закон примут, будут вести следователи СК РФ и ФСБ. Для лиц, указанных в подпункте «в» п. 1 ч. 2 ст. 151 УПК, — исключительно ФСБ.
Итог: государство хочет прозрачности и борьбы с финансовыми преступлениями, но инструменты пока сырые. Уголовка без четких правил — это риск избыточной криминализации. Ждем, как Думе разгребут этот клубок.
17 апреля Правительство кинуло в Госдуму законопроект № 1209607-8. Суть простая, но жесткая: в УК РФ хотят добавить новую статью 171.7. Теперь за незаконную организацию обращения цифровой валюты — то есть если ты посредник, меняешь крипту, хранишь её или переводишь без лицензии ЦБ — можно сесть.
Цифры пугающие. Базовая часть статьи грозит штрафом от 100 до 300 тысяч рублей (или доход за год-два), либо принудительными работами до 4 лет, либо реальным сроком до 4 лет со штрафом до 80 тысяч. Если же это сделает организованная группа или ущерб/доход будут «особо крупными» (от 13,5 млн руб., крупный — от 3,5 млн), срок вырастает до 7 лет лишения свободы. Штраф тут уже до миллиона.
Но есть огромный косяк, на который сразу указал Верховный Суд. Статья 171.7 — бланкетная. То есть она ссылается на правила, которых пока нет. Базовый закон о цифровой валюте и цифровых правах (проект № 1194918-8) даже первое чтение в Думе не прошел. Получается, уголовная ответственность будет введена раньше, чем сами правила игры. ВС законопроект не поддержал, назвав его преждевременным. Также судьи заметили, что в тексте нет положений об освобождении от ответственности при возмещении ущерба (ст. 76.1 УК), что странно для экономических преступлений.
Адвокаты тоже не в восторге. Алексей Нянькин из КА «Нянькин и партнеры» считает, что это попытка криминализировать то, что еще не регулируется. Зачем вводить специальную норму, если есть общая статья 171 УК (незаконное предпринимательство), где максимум 5 лет? Нянькин подчеркивает: в действующем законе о цифровых финансовых активах механизмы оборота вообще не раскрыты.
Артем Багдасарян из КА «Диктатура Закона» видит в этом логику ужесточения контроля, но предупреждает о рисках. Границы ответственности будут размытыми, так как зависят от подзаконных актов. Для бизнеса это минное поле: добросовестные участники могут попасть под уголовку из-за неочевидных требований. Багдасарян предлагает четко разделить уголовные и административные нарушения, конкретизировать, что именно считается «организацией обращения», и синхронизировать вступление уголовных норм в силу (планируется с 1 июля 2027 года) с реальным появлением регуляторной среды. Иначе правоприменение начнется раньше, чем рынок поймет, как действовать законно.
Следствие по этим делам, если закон примут, будут вести следователи СК РФ и ФСБ. Для лиц, указанных в подпункте «в» п. 1 ч. 2 ст. 151 УПК, — исключительно ФСБ.
Итог: государство хочет прозрачности и борьбы с финансовыми преступлениями, но инструменты пока сырые. Уголовка без четких правил — это риск избыточной криминализации. Ждем, как Думе разгребут этот клубок.